Тайная вечеря Понтия Пилата
Таланты Понтия Пилата
Пилат не просто участник заговора. Он в цейтноте! Пилату срочно нужны деньги. У него нет времени реализовывать политические схемы Иисуса. Хотя схемы безусловно интересные. Красивые схемы! И если бы он, Пилат не поставил уже жирный крест на Иудее, если бы ему вскорости не нужно было грузить легион на галеры и идти в Рим на поддержку Сеяна, он бы, конечно, сделал все как надо – отписал в Рим, ввел Иисуса в Синедрион, затем, используя Иисуса как подставное лицо, откупил бы часть меняльных столов… Но времени нет.
Когда Пилат услышал предложение Иисуса о введении третьей – проримской - партии в Синедрион, его симпатия к Назаретянину окрепла. Безусловно, между Пилатом и Иисусом установилась психологическая связь, которую интуитивно чувствуют практически все исследователи. Связь, которая сквозит через потертые временем и переводами строки Евангелий…
Что случилось после разговора Христа с Пилатом, в точности неизвестно. Евангелия, например, повествуют, что Пилат зачем-то отправил Христа к Ироду. Зачем? Кто такой Ирод? Ирод – царь Идумейский. Номинально Палестина разделена на два самостоятельных царства – Иудею и Идумею. Ирод не властен в Иудее, Синедрион – в Идумее. Галилея и родина Иисуса – Назарет расположены как раз в Идумее. Ирод – человек с «европейским образованием». Он вырос и выучился в Греции. Он привык к имперскому лоску и роскоши. У него «цивилизованный» менталитет. Ирод живет в столице Идумеи – Тиберии. Неужели туда Понтий послал арестованного? Нет, скорее всего в Иерусалим Ирод, как и Пилат, приехал только на праздник. Возможно, Понтий хотел посоветоваться с европейски воспитанным и проримски настроенным Иродом? Тем паче, что Иисус родом из Идумеи…
Есть и другое свидетельство тех событий - свидетельство древнеримского историка Иосифа Флавия. До нас дошел древнерусский перевод с арамейского варианта книги Флавия «Иудейская война». Там ясно написано, что после встречи с Иисусом, Пилат отпустил его, затем встретился с Первосвященником, взял у него 30 талантов денег и вновь отдал приказ арестовать Христа.
Что же произошло? Да Пилат просто использовал Христа для шантажа: смотри, Каиафа, я не нашел в нем никакой вины, и теперь он свободен, он в городе, твой противник. А завтра я могу поставить его перед толпой рядом с собой и тогда его сторонники, в том числе и в Синедрионе, скажут: «Вот он, Мессия, которого мы ждали, своей мудростью сумевший убедить даже заклятого врага иудеев!» Каиафе делается нехорошо…
Никогда в жизни Пилат не продал бы Христа, если бы ему срочно не нужны были деньги! 30 талантов – это все, что собрали левиты за праздничные дни. 30 талантов – это 780 килограммов чистого золота. Годовая зарплата всего легиона. Можно просто показать золото солдатам, и они пойдут за Пилатом, куда угодно. Даже на Родину.
Сдав Христа, Пилат поступил так, как всегда поступал в жизни. Но в этот раз на душе у него скребли кошки. Что же мешало римскому прокуратору успокоиться после удачно проведенной операции? Тонкая ниточка симпатии, которая протянулась между ним и человеком из Назарета.
Последняя попытка
Обращался ли Пилат к народу на площади с вопросом о том, «кого вам отдать» в честь праздничка, как о том говорят все Евангелия? Возможно. И даже вероятно.
Во-первых, та самая психологическая ниточка. Все-таки, предав Христа, - пообещав ему содействие, отпустив и затем вновь арестовав, - благородный римлянин чувствовал себя не в своей тарелке. Не зря же Пилат, ставший символом тиранства еще при жизни, странно колеблется, отправляя на смерть Иисуса... А во-вторых, прокуратору просто из деловых соображений ужасно не хотелось терять полезного человека. Да, за 30 талантов он пообещал Каиафе предать Иисуса смерти. Обещание выполнил, приговорил. Но 30 талантов теперь лежат не в корване, а в крепости Антония – иерусалимской резиденции Пилата. Каиафа обратно их уже не заберет. Значит, можно попытаться спасти Христа. Тем более, что в честь праздника нужно одного из осужденных отпустить. И Каиафа ничего не возразит: толпа отпустила! Обычай! Ваш же туземный обычай, господин Первосвященник!
Казнить должны были четверых: Иисуса за богохульство, двоих террористов-зелотов (явных врагов режима) и Варавву – обычного уголовника, прошедшего по бытовой статье. Пилат обращается к толпе, РЕКЛАМИРУЯ ей Иисуса, называет его царем. Но Каиафа тоже не вчера родился, он-то свои национальные обычаи и особенности знает назубок! Толпа, обработанная Первосвященником, взревела: «Варавву! Отдай нам Варавву!» Понтий только скрипнул зубами.
…А может быть Каиафа и не обрабатывал толпу, просто иудеи не могли простить Иисусу недавнего надругательства над Храмом?..
Узнав, что их план сорвался, Иуда в отчаянии бросает полученные от Каиафы деньги через забор дома Первосвященника и кончает жизнь самоубийством, понимая, что на нем теперь будет висеть несмываемое клеймо предателя, ибо единственный человек, кто знает правду и мог бы его оправдать в глазах апостолов и потомков, идет сейчас на Голгофу…
Живой труп
И все-таки Пилату не по себе. Не хочет он смерти Христа! Мертвый Христос Пилату не нужен. Мертвый Христос нужен Каиафе. Не часто так случается, что события идут против воли прокуратора. Пилат зол. Он велит проделать злую шутку: к иисусову кресту приколотить табличку «Царь Иудейский», прекрасно зная, что это оскорбительно для иудеев. Левиты просят убрать унижающую табличку, но Пилат краток и резок: нет!
К месту казни зелоты Гестас и Дисмас несут кресты сами. Христос свой крест не несет. Римские солдаты, у которых, видимо, в отношении Христа особые инструкции, ловят какого-то мужика по имени Симон. Этот Симон тащит вместо Иисуса его крест. Более того, когда, уже на кресте, Христос просит пить, римский солдат протягивает ему губку, смоченную «поской» из солдатской фляги. В разных Евангелиях этот напиток описан по-разному – где-то он назван вином, где-то уксусом (интересно, кто бы и зачем принес на место казни уксус? Только еще перца, гвоздики и кардамона тут не хватает!) На самом деле «поска» – солдатский напиток со специально подобранным солевым составом – чтобы в походах утолять жажду, приводя в норму солевой баланс организма… Какая забота о приговоренном преступнике! Неужели Пилат что-то затеял?..
Время сыграло с Синедрионом злую шутку. Сейчас вторая половина дня. Завтра – суббота. В субботу ничего делать нельзя. Оставлять преступников на крестах тоже нельзя. Значит, кровь из носу, их надо похоронить до 24-00. Но они просто не успеют умереть до этого времени! Смерть на кресте – процесс долгий. В этом весь смысл - человек должен кончиться в мучениях от жажды. На кресте человек умирает трое суток, а если погода не жаркая, если дожди, то нужно пять-семь дней ждать. Специальная подставочка даже предусмотрена для ног распятого, на которой он стоит, либо специальный колышек под пах, на коем распятый как бы сидит – и все для того, чтобы подольше помучился, чтобы обвиснув на руках всей тяжестью тела, не задохнулся бы раньше времени (дышать-то повиснув без опоры трудно!) Кстати, эта форма орудия древнеримской казни до сих пор в православии точно-точно прослеживается. На могильных, например, крестах: верхняя перекладинка – это как бы табличка «Царь Иудейский», средняя – собственно крестовина, а нижняя косая палочка – подставка для ног или шесток для «сидения». Потому она и косой делается, что направлена как бы на зрителя, перпендикулярно плоскости креста. На картинах направление на зрителя изображается «в перспективе», «в изометрии», то есть «косо» - прямой угол ломается.
…Короче, преступникам грозит долгая смерть «на шестке». Правда, есть способы смерть ускорить. Например, прибить руки гвоздями. «Гвоздили» ведь не для того, чтобы усилить страдания, напротив – чтобы облегчить и ускорить смерть. У пригвожденных от грязных гвоздей и жаркого солнца уже через несколько часов начинался сепсис, человек впадал в горячечный бред и быстро отходил. Христа гвоздями не прибивали.
Был и еще один способ ускорить кончину. В истории он остался почему-то под названием «перебивание голеней». На самом деле голени не перебивали (зачем кости-то перебивать?), а просто перерезали артерии на ногах. Вся кровь из висящего человека быстро вытекала, и он умирал. Гестасу и Дисмасу артерии перерезали. Христу – нет. Интересна мотивировка: а он уже и так умер!
С чего бы это он умер? Римский солдат ткнул Христа снизу вверх острием копья. Пошла кровь. И на этом основании солдат объявил, что «пациент» мертв. Странно. Уж кто-кто, а солдат должен знать, что у мертвых кровь не течет!
Итак, разбойники мертвы. Их трупы по старой доброй традиции сбрасывают в долину Еннома. А тело Иисуса отдают… мы уже знаем, кому его отдают… сторонникам иисусовым – Никодиму и Иосифу Аримофейскому. Членам Синедриона, между прочим. Тело они переносят в сад к Иосифу, оборачивают тканью, пропитанной алоэ и смирной. Это может быть процессом бальзамирования. Но это может быть и обычной перевязкой. Что такое смирна, мы сейчас не знаем. Но алоэ – известный антисептик. Перевязанное тело Христа кладут в склеп. А куда еще положить «мертвого»?
Каиафа понимает, что его обвели вокруг пальца. Он мчится к Пилату: как же так? Деньги взял, а преступник жив! Пилат пожимает плечами, делает круглые глаза: ничего не знаю, по моим данным преступник мертв, я и сам удивился, что так быстро… Даже, понимаешь, не успели вены перерезать. Впрочем, дорогой Каиафа, если не верите, сами поставьте стражу у склепа. («Имеете стражу – идите и охраняйте, как знаете.» - Ев. От Матфея, 27:65)
Пилат явно издевается: какая стража! ведь суббота, правоверные сидят по домам и ничего делать не имеют права! Левиты по этому поводу с тем же Христом сколько спорили! «Нарушение субботы» – один из пунктов обвинений, предъявленных Христу… Тогда Каиафа решается: просит Пилата поставить у склепа римскую охрану. Это уже шаг отчаяния.
А Пилату только того и надо. Стража выставлена. А тело пропадает. На вопрос левитов «Где тело?» легионеры, цинично усмехаясь, говорят, что не знают: уснули-де и ничего не видели. Может, унесли. А может, сам ушел…
Вы верите, что римский солдат уснул на посту? Вы верите, что римский легионер, уснувший на посту, так легко в этом признается? Я не верю. За сон на посту вообще-то смертная казнь положена. Но Пилат на этот раз удивительно милостив к соням.
И все-таки, где же Христос?
Бей жидов, спасай Рим!
Скорее всего, Иисус во дворце у Ирода. Или в резиденции самого Пилата. Агенты Синедриона могли проникнуть всюду, могли перерыть весь Иерусалим с подвалов до крыш, посетить Галилею, Назарет… Только три места были им недоступны – дворец Ирода и резиденции Пилата в Иерусалиме и Кесарии…
Во дворце Ирода Иисус прожил почти год. Странный это был год в жизни Христа – в его распоряжении великолепный дворец, общение с умным, веротерпимым Иродом, возможность общаться с друзьями (Капернаум, где находятся апостолы, всего в десяти километрах). И вместе с тем – полная организационная и творческая бездеятельность.
Впрочем, прежде, чем поселиться на положении добровольного арестанта у Ирода, Христос некоторое время, похоже, пользовался свободой передвижения. Он встречался с апостолами, говорил с ними. Зная, что его ищут, он, возможно, перемещался «в неузнаваемом виде». Во всяком случае Евангелия донесли до нас свидетельства того, что даже те, кто давно знал Иисуса, сразу его не узнавали. В доказательство ему даже приходилось показывать раны от копья («Вложи, Фома, персты в раны мои.»)
Дело в том, что Пилат еще не определился, что же ему делать с Христом. Он не знает, когда ему выступать со своим легионом на поддержку Сеяна: со сроками заговора пока полная неясность. И вообще в метрополии творится что-то непонятное.
…Обычно антиеврейские настроения в Риме совпадали с обострениями финансовых кризисов. Тиберий, кстати, не очень поддавался настроениям толпы. Напротив, наиболее талантливых, молодых и зажиточных иудеев он спасал, прятал от расправ, отсылая их на службу в провинцию. Но его борьба с роскошью и экономикой проедания результатов не давала. Тогда Тиберий сменил курс, отказался от директивной экономики и начал проводить радикальные экономические реформы. Он решился на передел собственности.
Сенат издал, а Тиберий утвердил два эдикта о реструктуризации долгов. Первый эдикт гласил, что все должники должны немедленно вернуть заимодавцам (иудейским ростовщикам, игравшим роль банков) две трети всех долгов. Второй эдикт велен немедленно обратить две трети имущества всех ростовщиков в недвижимость. Это был не просто взаимозачет, не просто конфискация имущества знати за долги. Это была самая настоящая продуманная реформа. Тиберий убивал сразу двух зайцев – самые задолжавшие римляне больше не смогут роскошествовать, «проедая империю», а отправятся в провинцию заниматься своими латифундиями. А иудеи, лишившись свободных средств, уже не смогут заниматься ростовщичеством, а будут вынуждены тратить средства на обслуживание своей вновьприобретенной собственности: не в характере иудеев запускать земли и проматывать состояния.
Вместе с этой из Рима приходит еще одна нехорошая новость: заговор Сеяна раскрыт. И как глупо все получилось! Внучатый племянник Тиберия Гай Калигула – молодой, честолюбивый и умный назначен Верховным Понтификом, то есть главным жрецом – человеком, который может манипулировать предсказаниями авгуров, гаруспиков и их заклинаниями посылать в бой легионы. Гай – противник Сеяна. До выяснения отношений с Калигулой Сеян мятеж откладывает. А отложенный мятеж – неудавшийся мятеж. В таких делах мямлить нельзя…
В общем, пока Сеян раздумывал, контрразведка не дремала. Сеяна взяли, взяли и его подельников. Всех, кроме хитрого Пилата. Пилат отделался выговором: его участие в заговоре доказать не удалось. Пилата наказали только за недонесение о каких-то там письмах Сеяна... На том все и заглохло.
Крах заговора все поменял в жизни Пилата. Получилось, что он никуда со своими легионами не едет. Вот теперь-то этот парень из Назарета, которого Пилат спас на всякий случай, ему и пригодится. Ах, как чуяло сердце-вещун, что заговор Сеяна провалится! И как здорово, как предусмотрительно, что он напрямую в письмах ничего такого не написал Сеяну! Обходился лишь намеками да экивоками да устными заверениями через гонцов! А то бы сейчас размотали ему кишки в пыточных подвалах Рима… Ладно, займемся домашними делами. Пока в столицах разбираются, можно потрясти иудеев. То-то они примолкли.
Не только Пасха празднуется в Иудее. Есть праздник Пятидесятницы. Есть праздник Опресноков. И каждый раз на бирже возле Храма ажиотаж. Пилат может немного пошантажировать левитов Иисусом, который теперь действительно страшен для фарисеев, ведь он Воскресший! Воскресший Живой Бог – да он может просто повыгонять всех этих старперов из кормушки! Воскресший Живой Бог – на службе Пилата! Да теперь он вообще сможет взять под свой контроль всю валютную биржу!
«МММ» начала эры.
Чтобы взять под контроль финансовые потоки Храма, Пилату нужна христианская партия. И в 31 году к празднику Пятидесятницы апостолы во главе с Петром прибывают в Иерусалим, что называется, с первым дилижансом.
Петр и Иоанн выходят на площадь Храма и делают ряд программных заявлений. Петр – «заместитель» Христа, Иоанн – юное дарование, будущий создатель бестселлера «Апокалипсис». Фарисеи тут же вызывают апостолов в Синедрион. Все их вопросы - только об Иисусе. Апостолы отвечают уклончиво. Затем они снова выходят на площадь и продолжают выступление. К чему же они призывают? Они призывают строить пирамиду! Они призывают сограждан продавать дома, земли, мастерские – и вкладывать деньги «в апостолов». Что происходит?
Ничего особенного – Пилату нужен оборотный капитал для финансовых спекуляций на меняльных столах. Понимая, что Пилат вскоре отнимет у Синедриона валютно-спекулятивный бизнес и пользуясь эдиктами Тиберия, левиты начинают лихорадочно вкладывать деньги в недвижимость – покупают у граждан мастерские, дома, виноградники. Апостолам это на руку: вырученные деньги горожане несут под большие проценты апостолам.
Причем, разборки идут уже на чисто мафиозном уровне. Некая супружеская чета – Ананий и Сапфира – продали свою землю и принесли деньги в свою новую христианскую «семью». Но часть денег от Петра супруги все же утаили. Узнав об этом апостол Петр убивает супружескую чету прямо у Храма! Мотивировка: утаили деньги от Семьи.
Даже для потрясаемого переменами Иерусалима это – вопиющее преступление. Ай да иисусовцы! Начали с погромов в Храме, и закончили убийствами! Убийство совершено Петром прилюдно, видимо, в назидание остальным членам общины – чтоб больше деньги не утаивали. Возмущение горожан столь велико, что Иоанна и Петра арестовывают тут же и бросают за решетку: «И наложили руки свои на апостолов и заключили их в народную темницу.» Народная темница – это общеуголовная тюрьма.
Но сидят апостолы недолго. Как скромно рассказывает об этом Писание, ночью пришел ангел и освободил апостолов. Видимо, ангел носил римские «погоны». Кстати, слово «ангел» в переводе означает «вестник», «посыльный», «вестовой». В общем, пришел вестовой и освободил убийц. Да еще отматерил местных как следует: какое вы имели право хватать римского гражданина Петра, совсем страх потеряли?!. И вообще, не вашего ума это дело, это - дело государственной важности.
Между прочим, фарисеи пытались выяснить, «какой властью» все это творится. «Деяния» рассказывают нам об этих нервных переговорах. Нам ясно одно – апостолы проводят в жизнь новую экономическую политику Пилата, а Пилат обеспечивает их безопасность.
Далее все идет по плану – Петр, как об этом откровенно сказано в Писании, назначает нескольких честных провинциалов из своей партии, «пещись о столах». То есть отвечать за меняльные столы. Этих столов пока семь. Некоторые богословы полагают, будто речь идет о неких столах, где раздавался бесплатный суп малоимущим. Полнейшая глупость! За похлебку людей не убивают. Да и зачем было самому Петру лично возиться с каким-то «благотворительными учреждениями», если с полученных капиталов он мог просто назначить малоимущим пенсии? Нет, речь идет явно о тех самых столах, с которых вся эта история и начиналась…
План Иисуса начал воплощаться в жизнь. Петру удалось «оторвать» пока что семь мест на бирже и набрать первичный капитал за обещание больших процентов.
А что же Христос?
ЭПИЛОГ
По приказу Пилата Иисус наверняка отправился из Галилеи в Иерусалим вместе с апостолами. Но вопрос, зачем он туда идет, не переставал беспокоить Иисуса. За время вынужденного безделья в иродовом дворце Иисус не мог не видеть, что реальным руководителем его партии (общины, церкви) стал Петр. А уж Петр-то знал, зачем он отправляется в Иерусалим – для того, о чем было сказано выше.
Но все это не соответствовало целям Иисуса. Целью Иисуса была социальная, правовая, экономическая реформа, реформа отношений между Иудеей и Римом. А вовсе не передел собственности между фарисеями и Пилатом. Не продолжение тех же спекуляций новыми руками в новый карман.
Естественно, Иисус спорил с Петром. Отголоски этого спора сохранили Евангелия. Даже по тем скудным словам, которые до нас дошли, видно, что спор этот нервный и эмоциональный. Речь идет о старой дружбе и идеалах: «Любишь ли ты меня?» О преемственности: «Паси моих овец…» Общий смысл их разговора на повышенных тонах: «Что тебе дороже, Петр, - наши мечты, наши идеи или соблазн денег и власти?» Тем паче, что бывший наемник соблазну денег и власти очень и очень подвержен. Не зря же он порывается немедленно отослать юношу Иоанна прочь от разговора «первых лиц». Это продолжение их старого спора. Помните? «Отойди от меня, сатана, ты мне соблазн, потому что думаешь не о том, что Божие, а о том, что человеческое.»
Мы не знаем, чем кончился тот разговор. Мы знаем лишь, что Иисус в Иерусалим не вернулся. Мы знаем, что Петр был человек невоздержанный и честолюбивый.
Пилату пришлось иметь дело с Петром... Возможно, прокуратор был даже рад этому обстоятельству: Петр был более предсказуем. А Воскресший Иисус был опасен не только для фарисеев, но и отчасти для Пилата. Мало ли что выкинет…
Неизвестно, Петр ли убил Христа, Пилат ли.. А может быть разочарованный в людях Иисус, забрав мать, уехал в Индию, где, в Гималаях туристам до сих пор показывают могилу Девы Марии, утверждая, что в ней покоится мать Иисуса? Скорее, справедлив первый вывод – Христа втайне убрали. Это больше соответствует духу и нравам того времени…
Царь Ирод не дожил до иудейской войны – скончался от кожной болезни через несколько лет после описанных событий.
Император-реформатор Тиберий также умер своей смертью. Пришедший ему на смену Гай Калигула отправил Пилата в отставку. Пилат вернулся в Европу, купил в Галлии (кантон Веве нынешней Швейцарии)большое поместье, где и прожил остаток дней.
Каиафа был Первосвященником еще 4 года, потом оставил пост, и дальше след его теряется.
А Иисус… Иисус был умен, смел и свободен, пока не заключил договор с Дьяволом, именуемым Властью. Купив у Пилата жизнь ценой обещаний политического сотрудничества, он превратился в марионетку Пилата. Уже на кресте, опекаемый легионерами, он перестал быть свободным. Дальше жил уже не Христос. Спаситель умер на кресте. А тело его жило еще примерно год и, скорее всего, было выброшено в пустыню на съедение шакалам.
А история покатилась дальше…
|
