Из интервью, данного Михаилом Ходорковским писателю Борису Акунину (http://demset.org/f/index.php?showtopic=3044):

«Бог, фатум, судьба, предназначение - мы почти все верим во что-то, что выше нас. Да и странно было бы не верить, живя в огромном, непознанном мире, сами себя толком не зная, считать, что все вокруг - продукт случайного стечения обстоятельств.

Можно верить, что Бога нет, можно верить, что он есть. Вера доказательств не требует, как известно. Но если Бога нет, а вся наша жизнь - это секунда на пути из праха в прах, то зачем всё? Зачем наши мечты, стремления, страдания? Зачем знать? Зачем любить? Зачем жить, в конце концов?

Я не могу поверить, что всё просто так. Не могу и не хочу. Мне небезразлично, что будет после меня, потому, что я тоже буду. Потому что кто-то был до меня, и будет после. И это не бессмысленно. Это не просто так. Мы живем не для того, чтобы только загрязнять воду и воздух. Мы все существуем для чего-то большего. Для чего - не знаю, и никогда не узнаю. Каждый из нас в отдельности - для счастья. А все вместе?

Я верю, что есть Великая Цель у человечества, которую мне не дано постичь. Люди назвали эту цель Богом. Когда мы ей служим - мы счастливы, когда уходим в сторону - нас встречает Пустота. Пустота, которую не может заполнить ничто материальное. Она делает жизнь пустой, а смерть страшной».

Прочитал это, и подумал. Думу свою, в меру скромных сил, постараюсь изложить.

По моему скромному мнению, верующий человек всегда более свободен и более счастлив, чем человек неверующий. Верующему живется комфортнее. Над ним не висит страх грядущей неотвратимо смерти. Неверующий знает, что за жизнью нет ничего, поэтому ему страшен этот приближающийся конец всего. Он знает, что он живет только здесь и сейчас, и осознает, что времени на жизнь остается все меньше. А жить хочется, поэтому приближение смерти пугает. И чем она ближе, тем страшнее. Тем ужаснее само чувство постоянного приближения к тому порогу, за которым его уже не будет. И для него не будет ничего – ни мира, ни свободы, ни ощущений.

Верующий знает, что жизнь со смертью не заканчивается. Независимо от того, вел он жизнь грешную, или праведную, был он человеком хорошим, или плохим, знает ли он, что попадет в ад, или надеется на то, что его допустят к раю. Он тоже может бояться смерти, но его страх значительно слабее, чем страх атеиста. Жить по-любому лучше, чем не жить. Мыслить и ощущать, даже в преисподней, лучше, чем не мыслить и не ощущать ничего и нигде вообще. Безрукий и безногий инвалид согласен мучиться подольше, лишь бы подольше не умирать. Преступник готов всю жизнь валить лес или сидеть в камере, лишь бы не расстреливали. Таков человек: любое существование для него лучше, чем несуществование. Следовательно, человек, знающий, что смерть не является окончанием жизни, будет бояться ее меньше, чем тот, кто думает, что с ней все оканчивается, либо не будет бояться вообще.

Я написал везде «знает», хотя, конечно, корректнее было бы написать «считает», «верит» и «надеется». Все мы верим или не верим с определенной степенью условности. Больше или меньше. И каждый, в определенной степени допускает, что он может ошибаться. Но ошибка атеиста не спасает его от страха приближающейся смерти, а лишь преподносит приятный сюрприз (ибо, как я уже сказал, существование в любом виде лучше, чем несуществование). Ошибка же верующего не делает его более несчастным, чем атеист. Потому, что оба они, в этом случае, исчезают, пропадают в никуда, где ни те, ни другие не будут ни победителями, ни проигравшими. До смерти же, даже в случае ошибки, верующий будет ощущать себя более спокойным, а придут к ней они оба обязательно.

Верующий видит выход из этой жизни. Он видит дверь. Он не знает, что будет за этой дверью, но видит, что выход есть. Атеист же дверь эту не видит. Или не замечает.

Только не говорите, что жизнь верующего человека более тяжела, чем жизнь атеиста, что он расплачивается за свое спокойствие слишком дорогой ценой. По моему мнению, сам факт веры не сильно влияет на то, как живет человек. Человек не убивает, не крадет и не прелюбодействует не потому, что это запрещено. Он не делает этого потому, что живет в социуме, у которого есть определенные правила. Бог не наказывает за грехи, он лишь говорит человеку о том, какой путь верен. А уклонение от верного пути уже само приводит человека к наказанию. Кто наказал человека, прыгнувшего с восьмого этажа? Кто его убил? Кто сломал позвоночник человеку, перебегавшему дорогу в опасном месте? Гаишник, который предупреждал его, что здесь переходить нельзя? Кто убил человека, залезшего в электрощиток? Электрик, повесивший предупреждающую табличку «Не влезай, убьет!»? Нет, этот человек наказал себя сам. Я не могу сказать, нужно ли Богу, чтобы его слушали, или нет. Но я уверен в том, что он честно рассказывает нам, как надо жить для того, чтобы все шло по наилучшему пути. Отклоняясь от этого пути, мы наказываем себя сами. Есть масса верующих, которые крадут и прелюбодействуют, и страх наказания их не останавливает. Есть масса атеистов, которые ведут праведную жизнь. Потому, что они чувствуют правильность законов социума. Первые себя не ограничивают ни в чем, вторые – наоборот. И жизнь этих атеистов значительно сложнее, чем тех верующих. Но, все равно, к смерти одни подходят с интересом (тем более что они часто надеются на милость Божью), а вторые – с жутким, до колик, до дрожи, страхом.

Про молитвы и пост я уж не говорю. По двум причинам: во-первых, подавляющее число современных верующих людей не постятся и не знают ни одной молитвы. Но все равно, на вопрос, верят ли они в Бога, отвечают: «Конечно!». И надеются на то, что в загробном мире им удастся получить послабление. Во-вторых, опять же, по моему мнению, и молитва, и пост нужны не Богу, а самому человеку. Это как зарядка: все знают, что она полезна, однако почти никто ею не занимается. Потому, что тяжело и лень. Молитва и пост – зарядка для души и для духа. Это можно объяснить даже атеисту: для него молитва может быть упражнением на концентрацию внимания, а пост – тренировкой силы воли. Для верующего и то, и другое, конечно, имеет неизмеримо больший смысл. И человек, вера которого дошла до определенной, кстати, не такой уж и высокой степени, уже воспринимает и молитву и пост ни как ограничение, а, напротив, как некое желаемое и даже радостное действие. Как качок, для которого сходить покачаться, потягать штангу – высшее наслаждение. Как человек, который после длительных занятий утреней гимнастикой начал чувствовать ее положительное действие. У него пропало ожирение, перестала болеть голова, мышцы стали крепче, живот – подтянутей. В результате он начинает заниматься уже с новым чувством, не через «нехочу», а с желанием.

Только не подумайте, что я агитирую за веру. Те, кто меня знают, знают, что агитацией я не занимаюсь никогда. Ибо считаю, что в серьезных вопросах человек может переубедить себя только сам. Если глубоко и по настоящему задумается над волнующим его вопросом. Я вот тоже был когда-то атеистом, а потом задумался, и поверил в то, что Бог действительно есть. Вот и все. Кстати, я видел и знаю много людей, которые пришли из неверия в веру, но не знаю ни одного разуверовавшегося. А это значит, что с верой человеку жить таки лучше, да простит меня Бог - комфортнее, чем без нее. Как говорится, рыба ищет где глубже, а человек… Человек слаб.