Самое тупое путешествие на свете
ПУТТАПАРТИ
Глава, в которой автор заселяется в ашрам Саи Бабы.
Таксист по дороге сказал, что из-за праздника в ашраме мест нет и привёз в отель. Мест в отеле не было. Свободная комната нашлась во втором отеле. Содрали с меня 500 рупий, часть из них на гонорар таксисту. Для индусов денег не жалко, да всё берите...
Гулял вокруг ашрама. Внутрь не пускают. Снаружи толпы народа, чудесные милые лица, через которые иногда еле-еле протискиваются грузовики, автобусы и легковушки.
Так и есть – сегодня День рождения Саи Бабы! Я как-то не подгадывал, так получилось. Знал приблизительно, что в конце ноября будет праздник, а день в день попал случайно.
Посмотрел из любопытства ещё один отель. Мест нет и цена тоже 500. Ну, ясно, наплыв. Наконец встретился с русскими. Переключение на русский язык прошло безболезненно, почти даже нисколько не странно, что я его вспомнил.
Саша из Астрахани рассказывал много интересного, но почему-то больше не про Бабу, а про финансовые вопросы бытия. Очень интересовался моей комнатой на предмет привести туда свою подругу. В том случае если удастся меня поселить в ашрам, мне же комната не нужна?..
В пятом часу в ашрам стали пускать, Саша привёл куда надо, сам бы я не разобрался. Там обещали в 18:00 дать место. Так и случилось. Я заселился. Погуляв пару часов с Сашей – отдал ему ключи от замочка комнаты отеля. Несколько раз он наведывался в дом, где проживала подруга, но при мне её не застал.
Мы посетили индийскую столовую. Было вкусно, но без специй как-то не так. Еда на территории ашрама только вегетарианская. И в шортах ходить нельзя, мне пришлось достать штаны. Почти все ходят в индийской одежде, на местный манер, даже европейцы и даже европейки. Курить и делать фото на территории ашрама запрещено. Про это ранее не знал, надо как-то осмыслить. Пока не осмыслил – немножко пощёлкал.
В ашраме есть разные способы проживания. Меня интересовали дома для проживания, которые называются шеды, они напоминают казармы. Шеды, где живут индусы, без кроватей, люди спят на полу, как святые. У европейцев кровати железные, стандартного характера. В нашем шеде жило больше всего поляков и русских, вот удивительно! У многих сетки от комаров. Самое странное, что меня просто потрясло – совсем практически нет молодых людей. Я ожидал увидеть массу 20-25 летних, но все жильцы были 30-40-50 летнего возраста. Прикольно. К Бабе едут старики! Почему-то про это никто мне не говорил.
ПРО САИ БАБУ
Глава, в которой автор тщетно пытается увидеть Саи Бабу, зато много о нём слышит.
Утром проснулся сам, около пяти. Было какое-то шуршание около некоторых кроватей, но массового подъёма населения не случилось. Ну, я покурил в туалете, размышляя о философии преступления правил, причесался и пошёл на улицу. Сел на хвоста к индусу, который 30 лет как американец. Он меня и довёл туда, где Саи Баба выходит в народ. Сначала сидели на асфальте в очереди, потом стали запускать в
мандир, кажется так называется. На подступах оказалось, что внутрь нельзя проносить шариковые ручки и сотовые телефоны. Индус отвёл меня в камеру хранения, называется клок-рум. Сдали.
На входе в мандир ещё забрали сигареты и спички, спасибо. Запустили около 6-ти.
Рассаживали по рядам. Сидеть надо на каменном полу. Через 20 минут я так устал, что стал на часы глядеть, те, что на руках у соседей. Согласно часам прошло всего 5 минут.
Ворочался, прождал подольше, ещё полчаса для надёжности. Потом снова на часы глянул. Теперь прошло 10 минут. Со временем что-то случилось, обычно я точно меряю, а тут расхождение в три раза. Эко диво!
Периодически измученный ожиданием народ встаёт, тогда регуляторы (назову их так, они же пионервожатые, они же надсмотрщики, забыл как в оригинале называются), стоящие то там, то сям – машут рукой, показывают, чтоб сел обратно, приговаривают «Саи Рам». Ну, ты постоишь-постоишь минуты 2-3 и садишься. В зале практически только индусы, видел разве что пару европейских лиц. Удивился очень, ведь по рассказам путешественников выходило, что европейцев тут много.
Через 2 минуты сидения в любой позе – та часть тела, что прислонена к полу – начинает болеть. В районе семи утра я решил полежать. Лёжа намного легче. Спрятавшись за спинами полежал 20 минут, потом регуляторы заставили снова сесть на задницу. Зато оказалось – прошло 25 минут.
Вроде выравнивается время...
Бабу обещают в 8:00 – 8:30. Как прождать столько времени?! Это ж целая вечность! Каким-то образом я дожил до 8:30, а каким, так и не понял. Бабы нет. Соседи говорят «ну, значит в 9 будет». Заиграла музыка, многие запели. Стало веселей, но гладкий камень продолжал давить гравитацией на выпуклости тел, которыми прислонялись к камню тысячи и тысячи паломников. Регулярно то тут, то там вскакивал индус и, потряхивая деформированной камнем задницей, переминался с ноги на ногу. С индусами и я тоже трясу осоловелыми конечностями.
В какой-то момент к одному из входов в мандир подъехала машина. Пронёсся шопот. Измученные камнем индусы даже перестали вставать. Но в 9 Бабы не было. В 9:30 тоже. В 9:45 все дружно встали и пошли на выход.
Потом я оказался в столовой, на этот раз европейской. Спайси не было, поэтому пища была не совсем шедевр, хотя очень и очень вкусна. Руками брать не разрешают, надо указать чего хочешь, и тебе положат. Там, в очереди, я и встретил компанию из испанцев и латиноамериканцев.
Испанец Хуан рассказал, что ночью к нему приходил Саи-Баба, но не этот, а прошлый, который с бородой, предыдущее воплощение нынешнего, который Ширди. Баба сел на кровать, обнял, благословил и дал бальзам от кашля, которым Хуан страдает 2 месяца. Эту сцену наблюдал аргентинец, проснувшийся в тот самый момент. Но аргентинец свидетельствует, что с Хуаном на кровати сидел вовсе не Баба, а Вальтер - другой испанец. На кровати Вальтера никого не было, то есть он не
раздвоился, а был тот самый, единственный, который и есть – сидел, обнимал Хуана.
Сам Вальтер отрицает, что ночью с кровати вставал и кому-либо давал бальзам. Вот такая история…
Оказалось, что мы живём в одном шеде. Пока к шеду с Хуаном шли – он рассказал, что аналогичный случай был с его женой, которая с тяжёлой формой рака лежала в больнице в Испании. К ней в палату вошла известная индианка. Она обняла хуановскую жену, благословила и дела пошли на поправку. Теперь жена на лечении в Тайланде, а Хуан здесь.
А ещё Хуан рассказал, что несколько лет назад один парень просрочил визу и не мог возвратиться домой, опасаясь быть схваченным за это нарушение. Фишка заключается в том, что Саи Баба отправил этого парня вместе с рюкзаком за 15000 км домой. Тот будто бы как в стену вошёл, а обратно не вышел, оказался дома. В общем – везёт некоторым людям на чудеса...
Ещё говорят, что Саи Баба управляет погодой, отчего в Путтапарти всегда не жарко и не холодно. Оптимально всегда в Путтапарти, хотя вокруг может быть как угодно.
Разговорился с русскими. Серёга из Алма-Аты рассказал, что несколько лет назад, когда на территории ашрама ещё разрешалось фотографировать – он почувствовал острое желание сфотографироваться. Доли секунды острого желания. Он схватил первого встречного, сунул ему фотоаппарат и тот нажал на кнопку. На фотографиях рядом с Серёгой проявилась знаменитая шевелюра Саи Бабы. Серёга проверил плёнку – там она тоже. На плёнке всё так же как на фотографии – значит Баба материализовался на серебре плёнки. И это свидетельствует трезвый и вменяемый человек, на помешанного Серёга не похож.
Парень с соседней кровати рассказал, что Баба любит ходить по территории ашрама, я сначала не понял - тело Бабы или дух? В каком он виде любит ходить? Пояснили: если вдруг благовониями запахнет или святость почувствуешь – значит он прошёл. Или если, допустим, как жаром обдаст – оно самое.
Сказывают, что по ночам Баба не спит, а вроде как будто дремлет, а на самом деле где-то путешествует, разными делами занимается, надо понимать, полезными. Я тоже решил заняться полезными делами, а именно – отправился за ворота ашрама, нашёл интернет, поставил переписываться фотографии с СF-карточки на комп, чтоб потом с компа на диск. А пока пишется – вот, сижу, строчу, впечатления расписываю.
За сим и прощаюсь, Саи Рам…
БОЖЕСТВЕННЫЙ ВЕЧЕР В ПУТТАПАРТИ
Глава, в которой автор интенсивно оргазмирует всей душой.
Рядом с интернетом на улице выжимают из апельсинов сок по 5 рупий (это 3 рубля стакан). Деликатес! Почему у нас в Москве на улицах не выжимают сок по 5 рупий?!? Как можно жить без свежего сока за три рубля? В этом вся моя Индия. Такого нет нигде. И жить в этом «нигде» жутко, только в Индии хорошо, да! А сколько теплоты и кротости дарит нам тот мужичок, протягивая сок!
В Индии нет всего, что не нужно, а есть как раз всё, что нужно. Это удивительная страна! Маленькое исключение – секс. С этим в Индии плохо, но как вроде здесь секса и не хочется, а стало быть – и не надо. Пока перекуривал – угостил двух нищих девочек чаем. Тут подошла та, которую фотографировал во время предыдущего перекура и тоже просит чая. А я твёрдо решил, что двоих хватит. Стало жалко и совестно. Но ведь всех поить – тоже никак, ибо очередь выстраивается. Так и не досталось чая той милой нищей девочке.
Напротив главного входа в ашрам, я решил эякулировать в ресторане... Луковый салат оказался красиво нарезанными кружочками свежего лука с двуми половинками лимона. В первый раз за два месяца я доел поданный рис, потому, что в Индии он вкусный. Жалко путешественника Кротова, который был в Индии, но питался почти только рисом и бананами из соображений экономии. Как много теряют те, кто не пробовал индийской еды! Рис здесь, в отличие от Индокитая, вкусный, даже очень, но всё остальное ещё вкуснее! Как хочется расцеловать всех индусов начиная с официанта!
Закончил как всегда божественным ласси с волшебными печеньями. Почему индийцы не пустят ласси на экспорт? Хотя зачем? Подкармливать тупеющий на глазах Индокитай или отмороженную ещё в прошлые холода Европу?
136 рупий (2,5 доллара) стоил ужин, причём кушать главные блюда уже не было сил.
По мере наслаждения едой Дух Озорства стал требовать, чтобы я и взаправду кого-нибудь поцеловал. Или даже всех подряд и сразу. Чтобы не бросать, а использовать нетронутые блюда, а заодно отделаться от Духа Озорства, я попросил завернуть остатки еды – карри, ещё чего-то, чтобы отнести нищим. Хотя бы той девчонке, которую фотографировал во время перекуров, пока писал в интернете. Официант с радостью завернул.
Собирался почти уже встать из-за стола, закурил. Подошла тётка. Обращается ко мне по-английски.
– Сигарета никогда не закончится. Как ты будешь у Бабы?
– Я стараюсь избегать курения, – соврал я. Но тут тётка перешла на русский:
– Вместо того, чтоб 5-6 дней помучиться (тут она напрягла и показала кулак) – ты будешь продолжать так и дальше. Сходи, купи кардамон! Возьми леденцов, соси!
Она махнула рукой и пошла. Я остался сидеть с раскрытым ртом. Неожиданно. Разрыв шаблона.
Нищие мне не досаждают. Это было актуально в первый приезд в Индию пять лет назад. Теперь я их почти не замечаю. Но как только я так подумал и вышел на улицу, как был атакован народом всякого разного калибра. Карри и лук достались маленьком мальчику. На всю Индию еды катастрофически не хватало. Дух Озорства стал требовать одарить всех любовью. Я не знал как справиться – кого поцеловать менее стрёмно? Того усатого дяденьку или вон ту маленькую несовершеннолетнюю девочку? Или вот эту половозрелую босоногую тётку? За половозрелую тётку уж точно уши оторвут и яйца тоже…
Мимо шли толпы нецелованных индийцев, как с индианками, так и без оных. У многих сдавали нервы, и они радостно улыбались мне. Я улыбался им, сомневаясь – целовать или нет? Моё естество разматывалось по Путтапарти тонким слоем экстаза. Ощущение будто сошёл с ума, причём в самом положительном смысле.
Попрошайки рыдали от восторга, улыбались, кокетничали, тянули за руки. В ответ я улыбался, постанывал от удовольствия, размахивал фибрами души, но денег не давал.
Мне повесили на шею гирлянду из жёлтых цветов, после чего все окружающие стали видеть во мне новоприбывшего и неопытного, отчего кидались особенно истово и яростно. Наступление раскалывалось о мою непоколебимую любовь, брызги оргазма моей души намочили, наверное, уже всю улицу. Гирлянда на шее и медленный шаг – вот, что нужно, чтобы стать целью для любовных поползновений в Индии. Атака длилась полчаса, пока я не спрятался за воротами ашрама.
ЛИЦЕЗРЕНИЕ САИ БАБЫ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ СО ШКОЛЬНИКАМИ
Глава, которая была пережита с наслаждением, в конце которой снова появляется мистика.
Утром проснулся позже. Народу, как и предсказывали старожилы, действительно было меньше, День рождения Саи Бабы заканчивался. Уже проскальзывали европейские лица, скрытые вчера полчищами индийских спин. Несмотря на то, что я появился позже, часов в 6 утра – прекрасно вошёл и сел в зал, была куча свободных мест даже спереди. А уже к 8 часам зал набился до пределов. Время тянулось как и полагается, без вчерашних глюков, почти час я ещё проспал на каменном полу, скрывшись за индусами от надсмотрщиков.
В воротах зала, примыкающего к дому Саи Бабы, появился автомобиль. Зал замер. Ещё через полчаса, уже после 9-ти, когда я почти потерял надежду – заиграла музыка. И появился Баба…
Автомобиль модели «кривое французское авто» очень медленно полз по залу. Места было мало. Фактически только одна часть зала могла увидеть Бабу, где проход между толпами страждущих как раз был оставлен под авто. Сидящие вдалеке – навряд ли что могли увидеть.
Когда Баба приблизился, некоторые отчаянные головы стали подниматься, закрывая зрелище от других. На них запшикали, усадили. Мне к счастью удалось посмотреть в лицо Саи Бабы, хоть издалека и через стекло. Но дело сделано, Бабу увидел, ну вот и славненько, пора на выход. Баба постепенно уехал и ползала вышло, другие остались сидеть, может на что надеялись...
На меня даршан (так называется явление Бога народу) особого впечатления не произвёл. Я ничего не почувствовал. Сказывают, что некоторые исходят экстазом или ещё какой диагноз, но я не видел и о том не свидетельствую. По-моему толпы народа – также как и я, – мало что пережили сверхъестественного – отсидели задницы, глянули издалека на Бабу и всё.
В этот день оргазм души завершился, я пребывал в посторгастическом расслаблении. Это очень приятное состояние и не такое ресурсозатратное, как сам оргазм.
Курить анашу не то чтобы хотелось, нет, совсем не хотелось, но было интересно, может чего интересное случится, всё ж волшебника сегодня видел... И потихоньку я стал размышлять на тему выйти в Путтапарти покурить травы.
Между делом добрые люди надоумили меня обратиться в «Паблик Рилейшн Офис» за разрешением сфотографировать Саи Бабу, раньше, говорят, с этим было проще. Пионервожатые долго посылали меня по территории, наконец, удалось побеседовать с ПР-офицером. Тот категорически велел даже не надеяться, и я обрадованный пошёл прочь из ашрама.
Обрадованный я был вот почему. В ашраме нельзя курить и каждый раз, поджигая в туалете обыкновенную сигарету с табаком, я страдал муками совести, которые усугублялись подозрением, что Саи Баба всё видит, а значит – может прогнать из ашрама или ещё хуже – превратить меня в какого-нибудь комара или червяка.
А вот за воротами ашрама курить можно сколько угодно, вплоть до полного уничтожения организма. И, главное, я надеялся, что получится покурить травы.
Но в городе я был моментально подхвачен мальчишками, которые со вчерашнего вечера жаждали провести меня по своим школам. По дороге я был отбит у моего 10-летнего проводника другим 10-летним проводником. Первый прошипел, что вот он щас потащит тебя смотреть, как они живут, ты ему денег не давай, он плохой!
Плохой во главе всей ватаги провёл меня меж стен в какую-то закопчённую кухню и пытался убедить, что тут они с семьёй живут. Ребята были очаровательные, но денег не получили. Они их в принципе и не просили, строя жалобные лица и жалобя, подталкивая меня додуматься самому. А ещё Плохой прицепил значок с изображением Саи Бабы мне на футболку. Я отнекивался, а он всё равно прицепил. Насколько крепко прицепил – сказать не могу. Пока ходил – не слетало, нормально, стало быть, держалось. Почему я так на этом заостряю, через 2 минуты поймёте.
Потом пошли, куда вёл первый 10-летний проводник; и теперь уже Плохой стал рассказывать гадости про Первого. Даже признался шёпотом, что тот пьёт и курит. Мы вышли из Путтапарти, дорога привела через поле в соседний населённый пункт. Я чувствовал поля, деревья и всех прохожих – родными и близкими и пытался понять, отчего так.
Добрались до простенькой школы, где малолетних аборигенов обучают английскому. Я пофотографировал детишек, потом толпа детей продемонстрировала мне кухню, намекая, как хорошо было бы туда риса. Купили в магазине 20 кг риса и 2 бутылки масла, самые хитрые пацанята умудрились в довесок прихватить по бутылочке пепси-колы.
Пытался скрыться от пацанят бегством, надеясь на мешок риса как на отвлекающую приманку, типа отброшенного хвоста ящерицы…
На обратном пути стояла ещё одна школа. Я, конечно, был безумно рад побыть в компании очаровательных индусят и их учителей, но уже хотелось одиночества по известной вам причине. В одиночестве никак меня не оставляли – уже нагнали предыдущие ребятишки, тащат в новую школу. Для правильного косяка надо единение с собой, а не со школьниками, ну да ладно, люблю их страстно, пусть изложат свои идеи.
Поэтому детей я фотографировал с пристрастием, а их молоденьких учительниц, скрывавших от стыда и смущения носики за платочками – с настоящей страстью. Никогда не забуду как прыскали они и отворачивались – три совсем молоденькие учительницы, лет по двадцать. Дети были разные – один всё время смотрел в камеру настороженно, пытаясь понять что это такое, девочка позировала как настоящая киноактриса, талант пёр, как танк. От вспышки дети слегка возбудились, а учительницы совсем зарделись, вот бы на таких жениться, да на всех сразу.
Разговор с директором был короткий. Я дал ему 200 рупий и откланялся.
Сопровождавшие догонять не стали. Я обрадовался и ускорил шаг. Через пару минут я уже сидел на камешке у милейших кустов, недалеко от дороги. Забил. Курнул. Сижу, наслаждаюсь Индией. Какая сказочная страна! Это где так возможно – сойти с дороги, курнуть и погрузиться в мир волшебства окончательно?.. Знаю, где так можно – в Непале. Ну, это такая другая сказочная страна, да.
И тут произошло событие.
Это событие было с одной стороны долгожданным, с другой стороны внезапным, а на самом деле невероятным. Я сидел на камешке и вдруг... С МОЕЙ ГРУДИ СЛЕТЕЛ ЗНАЧОК! Тот самый значок, прицепленный Плохим проводником. Слетел сам собой, не могу сказать точно – нагнулся ли я немножко в этот момент или совсем ровно сидел, но резких движений точно не было. Он сам собой упал...
|
